Во Храме

Толпа, войдя во храм, задумчивей и строже... Лампад пунцовых блеск и тихий возглас: «Боже...»

И снова я молюсь, сомненьями томим. Угодники со стен грозят перстом сухим,

лицо суровое чернеет из киота да потемневшая с веками позолота.

Забил поток лучей расплавленных в окно... Все просветилось вдруг, все солнцем зажжено:

И «Свете тихий» с клироса воззвали, и лики золотом пунцовым заблистали.

Восторгом солнечным зажженный иерей, повитый ладаном, выходит из дверей.