Импровизация

Мерцает по стене заката отблеск рдяный, Как уголь искряся на раме золотой... Мне дорог этот час. Соседка за стеной Садится в сумерки порой за фортепьяно, И я слежу за ней внимательной мечтой. В фантазии ее любимая есть дума: Долина, сельского исполненная шума, Пастушеский рожок... домой стада идут... Утихли... разошлись... земные звуки мрут То в беглом говоре, то в песне одинокой,– И в плавном шествии гармонии широкой Я ночи, сыплющей звездами, слышу ход... Всё днем незримое таинственно встает В сияньи месяца, при запахе фиалок, В волшебных образах каких-то чудных грез – То фей порхающих, то плещущих русалок Вкруг остановленных на мельнице колес...

Но вот торжественной гармонии разливы Сливаются в одну мелодию, и в ней Мне сердца слышатся горячие порывы, И звуки говорят страстям души моей. Crescendo...1 Вот мольбы, борьба и шепот страстный, Вот крик пронзительный и – ряд аккордов ясный, И всё сливается, как сладкий говор струй, В один томительный и долгий поцелуй.

Но замиравшие опять яснеют звуки... И в песни страстные вторгается струей Один тоскливый звук, молящий, полный муки... Растет он, всё растет и льется уж рекой... Уж сладкий гимн любви в одном воспоминанье Далёко трелится... но каменной стопой Неумолимое идет, идет страданье, И каждый шаг его грохочет надо мной... Один какой-то вопль в пустыне беспредельной Звучит, зовет к себе... Увы! надежды нет!.. Он ноет... И среди громов ему в ответ Лишь жалобный напев пробился колыбельной...

Пустая комната... убогая постель... Рыдающая мать лежит, полуживая, И бледною рукой качает колыбель, И «баюшки-баю» поет, изнемогая... А вкруг гроза и ночь... Вдали под этот вой То колокол во тьме гудит и призывает, То, бурей вырванный, из мрака залетает Вакхический напев и танец удалой... Несется оргия, кружася в вальсе диком, И вот страдалица ему отозвалась Внезапно бешеным и судорожным криком И в пляску кинулась, безумно веселясь...

Порой сквозь буйный вальс звучит чуть слышным эхом, Как вопль утопшего, потерянный в волнах, И «баюшки-баю», и песнь о лучших днях, Но тонет эта песнь под кликами и смехом В раскате ярких гамм, где каждая струна Как веселящийся хохочет сатана,– И только колокол в пустыне бесконечной Гудит над падшею глаголом кары вечной...