Легенда о некоем покаявшемся старце, или седина в бороду, а бес в ребро

Посвящается редакции «Куриного эха»

И журналов и газет. Помогал ему создатель Много, много лет.

Дарованьем и трудами (Не своими, а других) Слыл он меж откупщиками Из передовых.

Сам с осанкой благородной, В собственном большом дому Собирал он ежегодно С нищих денег тьму.

Злу он просто был грозою, Прославлял одно добро… Вдруг толкнися с сединою Бес ему в ребро.

И, как Лермонтова Демон, Старцу шепчет день и ночь… (Кто-то видел, вкрался чем он, Ну, его не гонят прочь!)

Бес Ты мудрец, и сед твой волос, — Не к лицу тебе мечты, — Ты запой на новый голос…

Старец Но скажи, кто ты?

Бес Я журналов покровитель. Без меня вы — прожились, Вы без денег убедите ль?

Старец (в сторону) Дух гордыни, провались!

(Громко) Гм! Не Лермонтова Демон, Вижу, ты! Покойник был (Хоть помянут будь не тем он) Юношеский пыл. Он-то мне Ледрю-Ролена Некогда всучил…

Бес (в сторону) То-то не было полена — Я бы проучил!

Старец (продолжая) Но теперь с Ледрю-Роленом Баста! вышел весь! Твой я, Демон, новым пленом Я горжуся днесь!

Рек — и заключил издатель: «Се настал прогресс: И отступится создатель, Так поможет бес!»