Бальмонт

Коростеля владимирских полей Жизнь обрядила пышностью павлиней. Но помнить: нет родней грустянки синей И севера нет ничего милей...

Он в юношеской песенке своей, Подёрнутой в легчайший лунный иней, Очаровательнее был, чем ныне В разгульно-гулкой радуге огней.

Он тот поэт, который тусклым людям Лученье дал, сказав: «Как Солнце будем!» И рифм душистых бросил вороха,

Кто всю страну стихийными стихами Поверг к стопам в незримом глазу храме, Воздвигнутом в честь Русского стиха.