В предгрозье

Этюд

Захрустели пухлые кайзэрки, Задымился ароматный чай, И княжна улыбкою грезэрки Подарила графа невзначай.

Золотая легкая соломка Заструила в грезы алькермес. Оттого, что говорили громко, Колыхался в сердце траур месс.

Пряное душистое предгрозье Задыхало груди. У реки, Погрузясь в бездумье и безгрезье, Удили форелей старики.

Ненавистник дождевых истерик – Вздрагивал и нервничал дубок. Я пошел проветриться на берег, И меня кололо в левый бок.

Детонировал бесслухий тенор – На соседней даче лейтенант, Вспыливал нахохлившийся кенар – Божиею милостью талант.

Небеса растерянно ослепли, Ветер зашарахался в листве, Дождевые капли хлестко крепли, – И душа заныла о родстве...

Было жаль, что плачет сердце чье-то, Безотчетно к милому влекло. Я пошел, не дав себе отчета, Постучать в балконное стекло.

Я один, – что может быть противней! Мне любовь, любовь ее нужна! А княжна рыдала перед ливнем, И звала, звала меня княжна!

Молниями ярко озаряем, Домик погрузил меня в уют. Мы сердца друг другу поверяем, И они так грезово поют.

Снова – чай, хрустящие кайзэрки. И цветы, и фрукты, и ликер, И княжны, лазоревой грезэрки, И любовь, и ласковый укор...