В смертных изверясь

В смертных изверясь, Зачароваться не тщусь. В старческий вереск, В среброскользящую сушь,

— Пусть моей тени Славу трубят трубачи! — В вереск-потери, В вереск-сухие ручьи.

Старческий вереск! Голого камня нарост! Удостоверясь В тождестве наших сиротств,

Сняв и отринув Клочья последней парчи — В вереск-руины, В вереск-сухие ручьи.

Жизнь: двоедушье Дружб и удушье уродств. Седью и сушью, (Ибо вожатый — суров),

Ввысь, где рябина Краше Давида-Царя! В вереск-седины, В вереск-сухие моря.